СЕДИНА В ГОЛОВУ, БЕС В РЕБРО

или-были Дед да Баба… Жили они в одной деревне, и дома как раз напротив.

Дед и Баба они были юные и неопытные, поэтому как внуки у их родились не так давно. Но оба сходу сообразили: вот она, старость! Раз внуки есть — пиши, пропало! Ушла юность, утекла невозвратно. Вроде так СЕДИНА В ГОЛОВУ, БЕС В РЕБРО положено, праотцами завешано…

Здесь их навестил дел Какнадов, который в деревне строго смотрел, чтоб все было по правилам, как следует.

— Вот для тебя, Бабка, платок байковый на холода и ситцевый на тепло. Теперича без платка носу на улицу не кажи, поэтому как Бабка!

— Дык это… Я к платкам непривычная, у СЕДИНА В ГОЛОВУ, БЕС В РЕБРО меня и прическа вот, — неуверенно заморгала Бабка.

— Не пререкайся! Мне лучше знать, как следует, — строго произнес дел Какнадов. — Кто у нас хранитель традиций — я либо ты? Повязывай, говорю!

Бабка повздыхала, всплакнула, но платок повязала и сходу как будто на 20 лет состарилась.

А дел Какнадов уже в доме напротив распоряжается СЕДИНА В ГОЛОВУ, БЕС В РЕБРО.

— Так, Дед, вот для тебя ватная кацавейка, а вот валенки! Ты сейчас Дед приличный, соответствовать должон!

— Так лето же! — запротестовал Дед. — Горячо в валенках… И на велике неудобно…

— Какой для тебя велик? — укорил Какнадов. — Ты давай, как следует! Сядь вон на завалинку и свистульки внукам мастери. Ишь, чего удумал СЕДИНА В ГОЛОВУ, БЕС В РЕБРО — велик??? Чай, не молодый…

Дед тоже спорить не стал, кацавейку нацепил, в валенки впрыгнул и пошел на завалинку, как велено. Идет, дивится: вроде только-только на турнике 30 раз подтягивался, а здесь и в спину вступило, и шейку согнуло, и в колени отдавать стало. Одно слово — старость не удовлетворенность!

Здесь сказать СЕДИНА В ГОЛОВУ, БЕС В РЕБРО следует, что и Дед, и Бабка одинокими были — так случилось. Куда их половинки подевались — нам неизвестно, ну и так ли принципиально? Главное, что дети выросли, поразлетелись, а в пустой-то избе ой как несладко! И на завалинке целыми деньками посиживать — одуреешь! Вот и стали Дед да СЕДИНА В ГОЛОВУ, БЕС В РЕБРО Бабка друг на друга посматривать, шуточками перебрасываться… А в один прекрасный момент Бабка оладушек напекла да перебежала через улицу, отнесла Деду. А Дед ей позже тарелку вспять притащил.

Ой, что здесь началось! По деревне стрелой пронеслась тетка Молва.

— Слыхали, что деется, люди добрые??? Дед-то, старенькый хрен, на Бабку глаз СЕДИНА В ГОЛОВУ, БЕС В РЕБРО положил!!! Ведь вот нужно же — седина в бороду, бес в ребро!

Тетка Молва сходу всех сельчан завела, она такая… Вот уже и братья Кривотолки по деревне поползли. Они всегда ползают, поэтому как кривые в дугу… И правды от их не дождешься — одна кривда. Уж они-то расписали, как СЕДИНА В ГОЛОВУ, БЕС В РЕБРО дед ночами к Бабке в трубу сигал, а Бабка для него у амбара восточные танцы исполняла.

И денька не прошло — а маленькие Сплетни уже расплодились, шастают из двора во двор, население будоражат. И зловредный дел Какнадов здесь как здесь, хмурится, головой качает осуждающе.

— Ну и ну… Дожились! Это чему же вы собственных СЕДИНА В ГОЛОВУ, БЕС В РЕБРО внуков обучите???

— Дык это! Я ж от незапятнанного сердца, — оправдывалась Бабка. — Думаю, дай порадую соседа…

— А я чо? Я ничо! — съеживался Дед. — Смачные оладушки были… Да чо я сделал-то такового неблагопристойного?

— Вам как следует жить? По-стариковски! — внушал Какнадов. — Сел у телека, кутался в одеяло — и сиди СЕДИНА В ГОЛОВУ, БЕС В РЕБРО грейся. А вы, как юные, туда-сюда шастаете! Это какой пример подрастающему поколению??? Стыд и срам! Позор на великодушные седины!

Совершенно застыдил Какнадов Деда и Бабку. Попрятались они по своим норам, и даже на завалинку вылезать забросили. Посиживают по домам, скучают. Публичное мировоззрение, оно ведь штука такая — похлеще чумы бубонной СЕДИНА В ГОЛОВУ, БЕС В РЕБРО люд косит, а свиной грипп так и вообщем ни в какое сопоставление… В общем, посиживают старики, можно сказать, погибели ожидают… Ну и то: разве это жизнь, взаперти да в одиночку???

Так бы и посиживали до морковкина заговенья, если б не случай…

Помните, тетка Молва гласила: дескать СЕДИНА В ГОЛОВУ, БЕС В РЕБРО, седина в голову — бес в ребро? Итак вот: не пустые это слова были! Дело в том, что Седина и Бес — персонажи хоть и сказочные, да полностью реальные. И очень они не обожают, когда люди грустят да скучают. Сами-то они озорные и подвижные, им кого вкупе свести — за счастье СЕДИНА В ГОЛОВУ, БЕС В РЕБРО!

Вот в один прекрасный момент забрались они ночкой на забор, на луну полюбоваться, и дискутируют:

— Бабка-то совершенно заплохела, уж денька три к зеркалу не подходит. А для дамы это очень нехороший признак!

— А Дед-то приуныл, целыми деньками в телек пялится да вздыхает… Боюсь, не откинул бы коньки! Он СЕДИНА В ГОЛОВУ, БЕС В РЕБРО их уж из чулана достал, видать, приготовил…

— Ах, худо дело! Негоже человеку одному жить, у него тогда полный застой и в крови, и в идей. Давай подмогнем, а?

— А давай! Ужаснее, чем есть, не будет! Ну, ты к ней, а я к нему — и поглядим, что выйдет!

В СЕДИНА В ГОЛОВУ, БЕС В РЕБРО ту ночь Седина прокралась в дом через кошачий пролаз — и ка-а-а-ак вскочит бабке в голову! А когда Седина в голову — волосы сходу портятся, цвет и сияние теряют, никакой «Хед-энд-шолдерс» не поможет!

А Бес в трубу проник, к Деловой кровати прошмыгнул — да ка-а-а-ак двинет его СЕДИНА В ГОЛОВУ, БЕС В РЕБРО в ребро! Дед только вякнул, и сходу как у него бочина-то заныла!

Чуток рассвет — встал Дед кое-как, до кухни доковылял, самому не охнуть, не оборотиться. Здесь он вспомнил, что еще матушка его покойная все хворости осиновым поленом вылечивала, к нездоровым местам его прикладывала, и помогало ведь СЕДИНА В ГОЛОВУ, БЕС В РЕБРО! Вспомнил Дед, что недалеко от источника подходящая осина вырастает, древняя, но крепкая, и ветки низковато. Решил пойти, ветку спилить, в целительных целях. Взял пилу-ножовку и поковылял к источнику.

А в это время Бабка поднялась, чует — не так что-то, глядь — а волосы в колтун сбились, повисли сосульками СЕДИНА В ГОЛОВУ, БЕС В РЕБРО и как будто инеем покрылись. Ну, Бабка, как все дамы, знала: перво-наперво нужно родниковой водой помыться, ее целебней в природе нет! Далее глиной родниковой обмазаться, и волосы тоже! Это на данный момент SPA-салонов, как поганок в лесу, а раньше-то матушка-природа все косметические средства безвозмездно предлагала, вот СЕДИНА В ГОЛОВУ, БЕС В РЕБРО дамы до старости прекрасными и прогуливались. Позже по утренней росе покататься-поваляться, глина-то и слезет. А что остается — снова родниковой водой смыть. Делать рано с утра, натощак, до полного излечения.

Приковылял Дед к осине первым. Только вознамерился пилить — здесь ему Вес как наподдаст в нездоровое ребро СЕДИНА В ГОЛОВУ, БЕС В РЕБРО! Дед поначалу взвыл, а позже притих, боль переждать. Аж зажмурился, бедный!

А когда ребро отпустило, открыл он глаза и обомлел. Глядит: черт у источника, сам весь бурый, ужасный, башка волосатая, ручки-ножки тонкие… Дед и вообщем дышать запамятовал: задумывается, мол, обнаружу себя — он меня махом в ад утащит, я ж со своим СЕДИНА В ГОЛОВУ, БЕС В РЕБРО ребром и двинуться не могу, не то что с чертями драться! Лишь на Бога надеяться и остается.

Вот стоит он, от кошмара замирает да святую молитву шепчет. Глядит — а черт по травке покатился. «Ага, корежит тебя, нечистый!» — обрадовался Дед и с новым пылом молитву прочитал. С СЕДИНА В ГОЛОВУ, БЕС В РЕБРО черта точно шкура местами слезать стала, белоснежная кожа показалась. Дед к тому же животворящий крест во все пузо учинил. Здесь черт вскочил — и к источнику. Плещет на себя водицу — и визжит. Прохладная она, водица-то, родниковая! А Дед задумывается: «Ага! Проняло! Так мы тебя, адское отродье!»

Только пока он радовался, отродье СЕДИНА В ГОЛОВУ, БЕС В РЕБРО наплескалось, совершенно с себя шкуру смыло, оборотилось… И здесь Дед ахнул: совсем это не черт оказался, а девка какая-то. Прекрасная — спасу нет!

«Это ж она в глине была! — додумался Дед. — Ой я, старенькый дурачина! Что ж сейчас делать-то???» Здесь Бес так его изловчился пнуть, что СЕДИНА В ГОЛОВУ, БЕС В РЕБРО Дед взвыл и упал.

— Ой, кто тут? — метнулась женщина, одежку в охапку схватила и остолбенела. Не то прочь бежать, не то посодействовать человеку?

— Помоги-и-и-ите… — жалостливо просипел Дед. — Помира-а-аю-ю-ю…

А сам задумывается: ну раз помираю — может, лупить не будет? И как в воду СЕДИНА В ГОЛОВУ, БЕС В РЕБРО смотрел! Женщина мигом оделась и к нему:

— Что случилось? Чем посодействовать?

— Дыхалку перехватило… Ребро у меня… Кажись, сломанное!

— А вот мы его на данный момент глиной! Верное средство, мне еще матушка сказывала! Ну-ка, на спинку, на спинку! На данный момент рубашечку снять помогу… Ой! Да это ты, что ль, сосед?

— А СЕДИНА В ГОЛОВУ, БЕС В РЕБРО? Что? Да быть того не может!!! Ты, что ль, соседка??? Только по голосу и признал! Ты ж юная совершенно, когда без платка собственного!

— Ну и ты без рубахи да без ватной кацавейки мужик хоть куда! А валенки твои где?

— Дык это… Не согнуться мне, днем и надеть не СЕДИНА В ГОЛОВУ, БЕС В РЕБРО сумел. Ты гуще, гуще мажь! Не жалей глины-то!

— А чего ты под осиной скрывался? Подсматривал, что ли?

— Какое «подсматривал»! Я от черта скрывался!

— От какого такового черта???

Скоро оба хохотали, как Дед обознался, соседку за черта принял. Она даже и не обиделась, поэтому как Дед высказал ей, что таковой СЕДИНА В ГОЛОВУ, БЕС В РЕБРО красы в жизни не видал! А какой даме такие слова в душу не западут, даже и в любом возрасте?

— Кажись, выходит! — прошептала Седина.

— Рано победу праздновать, — пробурчал Бес. — Вот когда добросовестным пирком да за свадебку…

Домой они совместно шли — не могла же она раненого бойца под осиной кинуть СЕДИНА В ГОЛОВУ, БЕС В РЕБРО? Он на нее опирался. А перед тем она по его указке осиновую ветку спилила, да так ловко, что он снова в восхищение пришел.

— Знаешь, сосед, давай-ка ко мне, — решила Бабка. — Ты вон еле шевелишься, за тобой сестринский уход нужен.

— Так это… Молва же? — усомнился Дед.

— А плевать на СЕДИНА В ГОЛОВУ, БЕС В РЕБРО Молву когда человек в неудаче! — гордо произнесла Бабка и поправила под мышкой осиновое полено.

Как в воду дел глядел… Не успели до деревни доковылять, как лицезреют — Молва уже впереди их бежит, всех информирует. Они к дому вышли — их уже на завалинке дед Какнадов поджидает.

— Вякнешь чего — я СЕДИНА В ГОЛОВУ, БЕС В РЕБРО тебя осиновым поленом отхожу не обрадуешься, — сердито предупредила Бабка.

— Ага, сообразил! — оторопел Какнадов и с испугу под козырек взял.

Молва уже всю деревню обежала, всех оповестила, что Дед у Бабки заночевал. В общем, разврат и падение характеров налицо! Кривотолки только поворачиваться успевали — столько инфы ручьями текло. Тетка Молва сунулась было СЕДИНА В ГОЛОВУ, БЕС В РЕБРО и к Бабкиному дому — разведку боем произвести, только из открытых сеней вылетело осиновое полено — и прямо в лоб ей угодило! Молва и утихла, онемела. Длительно еще оклематься не могла — рот откроет, а ни звука не выходит! Ой, правду матушка гласила: осиновое полено — от всего на свете вылечивает, даже от Молвы!

А СЕДИНА В ГОЛОВУ, БЕС В РЕБРО Кривотолки сами утихли. Они без Молвы ничего не могут, несамостоятельные…

Через неделю только вышли на крыльцо двое — Дед да Бабка. Деревня этого момента с замиранием желудка ожидала, даже куры закончили нестись — тоже ожидали. Только-только это? Где Дед да Бабка? Нету их! На крылечке — кросотка пышноволосая, в СЕДИНА В ГОЛОВУ, БЕС В РЕБРО открытом сарафане, кожа белоснежная да гладкая, зрелая такая вся, как яблочко наливное. А рядом с ней — мужик, тоже даже очень ничего, крепкий, коренастый. Из-под притолоки Седина и Бес оскаливаются.

— С этого момента мы вкупе жить будем, — объявил мужик, прошлый Дед. — И в сельсовете запишемся. Мы теперича семья, прощу обожать и СЕДИНА В ГОЛОВУ, БЕС В РЕБРО жаловать.

— А ведь как следует? — почесал в затылке дел Какнадов. — Может, так оно и нужно? Ведь кто его знает???

— Ну, как следует — мы не знаем, как хотелось, так и порешили, — произнесла дама. — Одно знаю: не нужно человеку себя до срока в старики записывать, валенки да платки нацеплять СЕДИНА В ГОЛОВУ, БЕС В РЕБРО. Юность, она не в годах, она в душе.

— Правильно гласит, правильно, — зашумели деревенские. — У нас сколько народу ранее срока загнулось от этих кацавеек-валенок! Не желаем больше себя живьем хоронить у телека! Будем знакомиться!

В общем, сельсовету работы прибавилось: все перезнакомились и жениться начали. Только наши-то — первыми были СЕДИНА В ГОЛОВУ, БЕС В РЕБРО. И свадебка у их была что нужно, всей деревней гуляли!

А еще появились у их в доме сероватая кошечка Седина и темный кот Бес. Седина у хозяйки в головах спала, а Бес — у владельца на животике. Стали они котят исправно приносить, а наши юные их одно-сельчанам раздаривали СЕДИНА В ГОЛОВУ, БЕС В РЕБРО. Чтоб не забывали — Седина в голову, Бес в ребро, и возраст здесь решительно ни при чем!

Лика и Вадим Сергеевич веселились от всего сердца.

— Ну нужно же! От черта оборонялся! Ха-ха-ха-ха-ха!

— Как она деду Какнадову: «Осиновым поленом отхожу!» Хи-хи-хи-хи!

— Понравилось? — спросило удовлетворенное СЕДИНА В ГОЛОВУ, БЕС В РЕБРО Перышко.

— Очень! — в один глас ответили Лика и Вадим Сергеевич.

— А главную идея выудили?

— Да здесь много Посланий было! — наперерыв заговорили любители сказок.

♦ Любви все возрасты покорливы.

♦ Никто не знает, как следует по сути.

♦ Взаперти да в одиночку — не жизнь!

♦ Молва и кривотолки стихают, если их не боишься!

♦ Юность не в годах СЕДИНА В ГОЛОВУ, БЕС В РЕБРО, а в душе!

♦ Наилучшее природное исцеление — росой да глиной, а круче всего — осиновое полено!

— Все верно! Только основная идея здесь, на мой взор, такая: не может человек без Любви жить! Дуреет он без Любви! А если в жизни Любовь имеется — так и все вокруг колоритными красками расцветает. Я вот СЕДИНА В ГОЛОВУ, БЕС В РЕБРО так полагаю, — добавило Магическое Перышко.

— Спасибо вам, — внушительно откашлялся Вадим Сергеевич. — Понимаете, я как-то на свою делему по-другому поглядел. Вправду: взрослый мужчина я либо нескончаемый мальчишка? Пора мне самостоятельные решения принимать и новые дела с матерью строить. Не желаю больше на вышке посиживать, в СЕДИНА В ГОЛОВУ, БЕС В РЕБРО бинокль глядеть, границы свои сторожить. Буду пробовать!

— А может, с нами? К Сказочнице? — предложила Лика.

— Спасибо. Но нет. Для меня это вроде как бегство будет. А я и так всегда от решения убегаю. Постыдно мне будет спасения у Сказочницы просить. Сам должен.

— Фортуны вам, Вадим Сергеевич! — пожелала Лика. — У вас все СЕДИНА В ГОЛОВУ, БЕС В РЕБРО получится. Я в вас верю.

— Благодарю. Это очень принципиально, когда в тебя кто-то верует. Вы мне сейчас как Путеводная Звезда. Если вы смогли — и я смогу.

И Вадим Сергеевич решительно зашагал прочь, в чащу. А Лика с Перышком пошли по тропинке далее — в свою сказку.

* * *

Солнышко прижаривало, птицы пели СЕДИНА В ГОЛОВУ, БЕС В РЕБРО, а Лика с Перышком дискутировали на ходу.

— Перышко! А что Вадим гласил про Путеводную Звезду? Мне как-то в душу запало!

— Путеводная Звезда — это как компас, как маяк. Указывает путь, не дает человеку сбиться с верного направления.

— Тогда мне тоже нужна Путеводная Звезда! А то на данный момент СЕДИНА В ГОЛОВУ, БЕС В РЕБРО я с тобой, и мне не жутко. А когда самой придется? Точно, попрошу Сказочницу написать мне такую сказку! А то кто я без Путеводной Звезды? Так, малая заблудившаяся девченка. А с ней я точно буду знать, куда идти!

— Хорошо. Вот доберемся до Сказочницы — и попросишь все, что пожелаешь СЕДИНА В ГОЛОВУ, БЕС В РЕБРО!

— Быстрее бы уже! Для тебя больше подфартило. Тебя Воробышек к Сказочнице принес. Раз — и там! Вот если б мне туда кто-то перенес. Какая-нибудь большая птица! Либо если б я сама могла летать, как ты!

— А ты что, не можешь? — флегматично спросило Перышко.

— Естественно нет! Людям летать не СЕДИНА В ГОЛОВУ, БЕС В РЕБРО дано. У нас же крыльев нет.

— Есть. Только невидимые. А ранее видимые были. Это когда люди с Ангелами летали.

— Люди летали с Ангелами? Это притча такая, да? Перышко, миленькое, расскажи!

— Да пожалуйста! Это и правда очень прекрасная легенда. Я задумывалось, ты знаешь.

Притча двадцатая

ЛЮДИ-ПТИЦЫ

асскажу я вам, ребятушки, старенькую сказку. Я СЕДИНА В ГОЛОВУ, БЕС В РЕБРО ее еще от собственной бабушки слышала, а она — от собственной. Видно, притча из таковой глубины веков к нам пришла, что на данный момент и не вспомнишь…

Слыхали вы когда-нибудь, что в стародавние времена все люди были птицами? Да-да, и вы тоже! Кто произнес «от СЕДИНА В ГОЛОВУ, БЕС В РЕБРО обезьяны»? Ну про это сказки пусть вам дедушка Дарвин ведает, мне это неизвестно, я уж про птиц…

Итак вот: были мы, стало быть, птицами… Тогда у нас были крылья, и могли мы и за далекие моря летать, и к солнцу подниматься. Слышали, молвят: «Человек рожден для счастья, как птица СЕДИНА В ГОЛОВУ, БЕС В РЕБРО для полета?» Вот, это старая память в нас живет, в словах проявляется…

Отлично тогда было жить, привольно! Возжелал есть — погрузился на землю, зерен поклевал, водицы родниковой испил — и достаточно для тебя, можно опять в полет. Возжелал с Ангелами побеседовать — взмыл свечой в небо, поднялся над тучами — а там просто и СЕДИНА В ГОЛОВУ, БЕС В РЕБРО солнечно, и душа поет! Ангельский язык все знали, поэтому как люди-птицы с Ангелами были в прямом родстве.

Ну и жили мы тогда меж землей и небом — на деревьях гнезда вили. И птенцы наши меж землей и небом вырастали. Когда приходило время, предки учили детей поначалу не ходить, а летать — как СЕДИНА В ГОЛОВУ, БЕС В РЕБРО говорится, на крыло ставили. «Родительское гнездо» — слышали такое? Снова же — не запамятовали люди…

Память, она такая — то, что в голове, стремительно стирается-забывается, а то, что в крови — нет же ну и вылезет. «Лебединая верность», «соловьем заливается», «галдят, как птичий базар», «мудрый, как филин» — все оттуда, из числа СЕДИНА В ГОЛОВУ, БЕС В РЕБРО тех времен.

Господь сделал людей-птиц так, что не были они ни к чему привязаны, всего им на земле хватало, всюду они для себя и кров, и пишу находили. Холодно стало — так в стаю, и в теплые края, на зимовку. Тесновато стало — так крылья границ не знают, лети, куда глаза СЕДИНА В ГОЛОВУ, БЕС В РЕБРО глядят, мир большой! Все птицы различные, да равные, ни зависти меж ними нет, ни соперничества.

И вот в один прекрасный момент случилась такая история: появилась посреди их чужая птица. Откуда она взялась — то мне неизвестно, но по всему — прилетела из другой сказки, а то и из другого СЕДИНА В ГОЛОВУ, БЕС В РЕБРО мира. Так как была она темной — и оперением, и идеями, и душой. Доныне таких на земле не водилось. Пролетела Темная Птица над землей, роняя перья. Где она темное перо обронит, там раздоры сеет, либо сомнения, либо злость темная прорастает. Никто тогда не знал, что завали эту птицу Зависть СЕДИНА В ГОЛОВУ, БЕС В РЕБРО. Ну и откуда им знать, если доныне никакой зависти на Земле не водилось? А тем паче что темные перья зависти нужно немедля выпалывать и спаливать, пока не проросли? Да, ребятушки, никто не знал и не ведал… И приключилось ужасное дело!

Вдруг люди-птицы стали думать: у кого гнездо выше СЕДИНА В ГОЛОВУ, БЕС В РЕБРО, а у кого ниже, кому вода из источника досталась, а кому из речки, у кого птенцы ранее из гнезда вылетели, у кого позднее. Ассоциировать стали, стремиться соседей обойти.

Здесь кто-то выдумал припасы делать — стал в гнездо пищу впрок таскать. Раньше-то ведь как? Поел сколько нужно — и лети СЕДИНА В ГОЛОВУ, БЕС В РЕБРО для себя налегке, нужно будет — еще поешь. А здесь Темная Зависть внушила многим, что все когда-нибудь кончается, а позже наступают темные времена. И если впрок не отложить, то настанет время — и спохватишься, ан запаса-то и нет! Ну, стали на темный денек про припас откладывать, а припас по сути СЕДИНА В ГОЛОВУ, БЕС В РЕБРО и кармашек тянет, и гнездо — уж вот чье-то под тяжестью и упало на землю, позже очередное и еще. Тогда птицы выдумали гнезда на земле устраивать — ниже ее не упадешь, земля всех держит. Ну и зернышек-ягодок еще более можно запасти…

Здесь некий сороке было надо по делам отлететь. А СЕДИНА В ГОЛОВУ, БЕС В РЕБРО она рябины в гнездо много натаскала. Оставлять жаль: а вдруг какой завистник повытаскает? Ну сорока нанизала рябину на узкий прутик, как смогла, да на шейку для себя и повесила.

Вот летит она — а лететь тяжело, колье к земле тянет, крылья устают, приходится то и дело садиться отдыхать. А Птица СЕДИНА В ГОЛОВУ, БЕС В РЕБРО-Зависть уже здесь как здесь: одну в сердечко клюнула, другую… Стали все чаше и другие припасы при для себя носить, кто на шейку повесит, кто на голову. Равномерно и взмывать уже не могли — стали все чаше по земле передвигаться. Зато стали себя декорировать бусами и колье, и СЕДИНА В ГОЛОВУ, БЕС В РЕБРО чем тяжелее, тем лучше: все лицезреют, богатая, стало быть, птица…

Ну, по земле ходить — оно, естественно, ноги развивает, зато крыльям нагрузки нет, они и стали потихоньку сохнуть и в размерах уменьшаться, за ненадобностью. Скоро в руки перевоплотился, так как ими комфортно припасы на ниточки нанизывать. Ну и пошло-поехало… 1-ое время еще СЕДИНА В ГОЛОВУ, БЕС В РЕБРО в небо подымалиь, полетать в синеве, а позже недосуг стало — богатства нужно накапливать, гнездо охранять, соперников устранять.

Кстати, так 1-ые плотоядные птицы появились. Ведь Темная Зависть — она такая: начинаешь мыслить, что если ты не заклюешь, то тебя заклюют. Вот и начались распри — у кого клюв больше, тот и СЕДИНА В ГОЛОВУ, БЕС В РЕБРО одолел. А маленькие птицы научились маленькие пакости делать — нужно же им было как-то выживать? Украдкой да хитростью — глядишь, и больших птиц обошли, урвали собственный кусок счастья, свое место под солнцем. Только вот счастье — оно ведь сильное, когда огромное, когда целое. Тогда его на всех хватает! А если его СЕДИНА В ГОЛОВУ, БЕС В РЕБРО по кускам растащить — какое ж это счастье? Так, огрызок…

Да, очень поменялись люди-птицы… Сейчас птенцы прямо из гнезда — да на землю, других предки уже и летать не учили. Так как сами стали забывать, каково это — парить в свободном полете. Ну и когда им в небеса-то СЕДИНА В ГОЛОВУ, БЕС В РЕБРО стремиться было? Если нужно всегда земные задачи решать, за местность биться… Это ведь ранее где птица села — там и отлично. А от Темной Зависти стало всегда казаться, что другу — лучше. Это тогда появилась поговорка: «Всякий кулик свое болото хвалит». Ранее каждое болото мило сердечку было, никто местом не важничал, богатством СЕДИНА В ГОЛОВУ, БЕС В РЕБРО не хвастался… Ведь вот что с крылатыми людьми Темная Зависть наделала!

Когда равенства меж птицами не стало, появились новые выражения: «важная птица», «птица высочайшего полета», «не накаркай беду». А неудачи все чаше случались, поэтому как люди-птицы все запасались «на темный день». А если его все ожидают, этот самый СЕДИНА В ГОЛОВУ, БЕС В РЕБРО «черный день», он непременно придет в какой-то момент! Так темные перья Зависти прорастают.

До этого все люди-птицы друг дружку уважали, поэтому как у каждой было свое Назначение, и все были необходимы. Люди-дятлы — санитары леса, люди-голуби — курьеры, люди-альбатросы — морские смотрители, люди-орлы — руководители отличные, люди СЕДИНА В ГОЛОВУ, БЕС В РЕБРО-сороки — распространители новостей, люди-ласточки — предсказатели погоды, люди-фламинго — просто для красы, глаз веселить. Все знали, что мамы лучше курицы-наседки в мире не сыскать! За советом к ним прогуливались, как яичка верно насиживать, как птенцов учить. А здесь запрезирали куриц, стали гласить, мол, «курица не птица». Темные перья посеяли обиду СЕДИНА В ГОЛОВУ, БЕС В РЕБРО и неравенство.

Вот и вышло, что люди-птицы равномерно утратили крылья, закончили стремиться в небо, стали, как говорится, «приземленными». Стали просто людьми. Ну, что ж поделать — жить всем охото! Стали землю обживать. Только сейчас ее всем как-то не хватало, и корма тоже мало стало, вот и начались СЕДИНА В ГОЛОВУ, БЕС В РЕБРО на земле войны. Ведь если темные перья Зависти впору не выполоть, в какой-то момент они засеют весь мир, прорастут злом и гибелью.

Этим же, кто смог противостоять Темной Птице Зависти и не впустил ее в свое сердечко, пришлось несладко. У их остались крылья, но им сейчас СЕДИНА В ГОЛОВУ, БЕС В РЕБРО все завидовали, потому начались на их гонения со стороны бескрылого большинства. Пришлось им скрываться, прятаться либо делать вил, что они как все — на земле живут, по земле прогуливаются, к небесам не стремятся.

Время на Небесах и на Земле течет по-разному. На Земле прошли долгие века, на небе — всего только СЕДИНА В ГОЛОВУ, БЕС В РЕБРО некоторое количество дней. Не сходу Ангелы увидели, что люди-птицы все пореже и пореже возникают посреди их. Но настало время — и Ангелы стали беспокоиться. Практически никто из людей не долетал сейчас до их зияющих высот, ну и ангельский язык люди практически совершенно запамятовали, и не достаточно кто мог свободно говорить на СЕДИНА В ГОЛОВУ, БЕС В РЕБРО нем. То, что удалось все-же осознать и разузнать, привело Ангелов в печаль величавую. Ведь люди-птицы были им очень дороги — так как все, у кого есть крылья, на самом деле, одна семья. И что ж сейчас делать — неясно было. Ангелы ведь в небесах обитают, а на земле не СЕДИНА В ГОЛОВУ, БЕС В РЕБРО живут. Сгорают они там при прохождении нижних слоев атмосферы.

Когда Ангелы Создателю сущность дела выложили, тот вздохнул сокрушенно. Что ж поделаешь, раз люди-птицы собственный путь избрали? Создатель, он ведь свою волю всем являет, но никому не навязывает. Отдал он людям крылья — а что с ними далее делать, они СЕДИНА В ГОЛОВУ, БЕС В РЕБРО сами решают. И Темная Птица Зависти в незапятнанное сердечко перо не обронит — оно там не прорастет, засохнет, завянет… Так что, по всему выходило, ходить сейчас людям по земле — раз крылья не сберегли. Опечалился Создатель, и зарыдали Ангелы.

Но один из Ангелов не смирился. И замыслил дерзкое предприятие СЕДИНА В ГОЛОВУ, БЕС В РЕБРО. Решил он пожертвовать собой ради того, чтоб спасти людей, возвратить им крылья. А для этого выдумал он спуститься на землю и засеять ее лучистыми перьями Света. Обратился он к Создателю за благословением. Создатель только головой покачал. Уж так он Ангелов сделал, что не адаптированы они к земным условиям. Но Ангел СЕДИНА В ГОЛОВУ, БЕС В РЕБРО не отставал — все просил и просил.

Создатель на то и Создатель, чтоб выдумывать и создавать. И предложил он Ангелу перевоплотить его в птицу. Оперение у нее будет такое же лучистое, как у всех Ангелов. Будет она летать по земле и ронять перья. Перья ее будут утешение нести СЕДИНА В ГОЛОВУ, БЕС В РЕБРО, в человеческих сердцах светом и любовью прорастать, и начнут людям сниться волшебные сны. Сны о небе! Люди вспомнят, как великолепен свободный полет, как они когда-то были близки к Богу, как парили в облаках и говорили с Ангелами. Тогда и захочется им возвратить крылья! А так как крылья у их никто СЕДИНА В ГОЛОВУ, БЕС В РЕБРО не отымал, начнут они их потихоньку тренировать. Поначалу малость от земли отрываться, позже недлинные перелеты делать, позже — длинноватые, а позже самые легкокрылые и напористые взлетят в небо. А там, глядишь, кто из зависти, а кто от любви и другие начнут летать.

Возрадовался Ангел, уж и крылья расправил. Но здесь Создатель СЕДИНА В ГОЛОВУ, БЕС В РЕБРО ему и гласит: «Там, на земле, ты длительно не выдержишь, сгоришь. Но возродишься! Так как есть в для тебя величавая любовь к людям, а Любовь дарит бессмертие. Раз в 100 лет будешь ты сгорать дотла, а позже возрождаться из пепла лучезарнее прежнего, и опять и опять будешь ронять СЕДИНА В ГОЛОВУ, БЕС В РЕБРО в мир утешение, свет и любовь. Нарекаю тебя птицею Феникс. Будет она бессмертна, как все Ангелы, и Назначение ее — возвратить людям крылья». Благословил Создатель Ангела на подвиг во имя людей и выслал его на землю.

Вот с того времени в нашем мире и летает птица Феникс, дарует людям утешение. Там, где СЕДИНА В ГОЛОВУ, БЕС В РЕБРО перо обронит, там прорастают добрые чувства. Если в сердечко перо Феникса попало — поселяются там Свети Любовь, которые сиянием других к для себя завлекают, ангельским теплом с ними делятся.

С того времени много времени прошло, если по-земному считать. Хоть и много еще перьев Темной Птицы живет СЕДИНА В ГОЛОВУ, БЕС В РЕБРО в этом мире, да и Феникс уже много успел. Стали людям сниться странноватые сны — как будто они там, над тучами, в небесном сиянии, с Ангелами наперегонки летают. И люди вспомнили, какими они были вначале. Стали крылья расправлять, взмывать пробовать. И уж многие опять от земли оторвались — как их дальние праотцы СЕДИНА В ГОЛОВУ, БЕС В РЕБРО.

А птица Феникс, как и было обещано, длительно на одном месте не посиживает — летает по всему миру, так как она на Земле одна такая, и всюду нужна. Раз в 100 лет она сгорает дотла, а позже возрождается для того, чтоб продолжить свое святое дело. Вот такая она, эта птица — с ангельской СЕДИНА В ГОЛОВУ, БЕС В РЕБРО душой и человечьими очами… Не каждый может ее повстречать да рассмотреть, а только тот, кто душой чист и божественным светом заполнен. Может, и вы сподобитесь — если вести себя отлично будете.

Ну, малышня, вот и притче моей конец. Что-то засиделись мы. Давайте-ка, вставайте, расправляйте крылышки — и СЕДИНА В ГОЛОВУ, БЕС В РЕБРО вперед! Да смотрите, высоко не летайте — вам еще окрепнуть нужно. А там и ваш черед прилет в поднебесье парить, с ангелами говорить. А коль птица Феникс вам в жизни повстречается — не забудьте ей низковато поклониться да спасибо сказать. За то, что крылья нам возвращает. Ну, полетели! С Богом!

— Так, означает СЕДИНА В ГОЛОВУ, БЕС В РЕБРО, мы все когда-то умели летать? — зачарованно проговорила Лика.

— Так говорит легенда, — ответило Перышко. — Но способность летать у людей осталась. Только видоизменилась чуть-чуть.

— Как? Как видоизменилось? Перышко, ну не томи же!

— Ты во сне когда-нибудь летала?

— Ну, летала, — разочарованно протянула Лика. — Так то же во сне СЕДИНА В ГОЛОВУ, БЕС В РЕБРО…

— А наяву есть такие методы полета, как «полет души» и «полет фантазии». Когда душа твоя светла и чиста, когда она поет и трепещет — ты можешь просить у Мира что угодно, и это реализуется!

— Ой, Перышко… Прямо не верится! Хотя я для тебя верю. Наверняка, мне еще почиститься и осветлиться нужно. Я это СЕДИНА В ГОЛОВУ, БЕС В РЕБРО Послание никогда не забуду!

♦ Не допускать в Душу черную Птицу-Зависть.

♦ Привязанности к земле приковывают, крылья обременяют.

♦ Счастье сильное, когда целое, и не нужно его растаскивать по кускам.

♦ Крылья необходимо тренировать! Тогда в какой-то момент сможешь оторваться от Земли, приблизиться к Небесам и вспомнить, Кто Ты СЕДИНА В ГОЛОВУ, БЕС В РЕБРО Есть По сути.

— Очень верные выводы, — одобрило Перышко. — А полет фантазии вообщем хоть какому человеку доступен. В особенности в притчах! Там же всякие чудеса случаются!

— Но мы же в притче? — вдруг тормознула Лика.

— В притче, — подтвердило Магическое Перышко.

— Означает, я могу придумать хоть какой сюжетный ход?

— Можешь.

— И крылья СЕДИНА В ГОЛОВУ, БЕС В РЕБРО для себя придумать могу?

— И крылья.

— И перенестись к Сказочнице за 5 минут свободного полета?

— Естественно.

— Так что все-таки ты молчало???

— А ты не спрашивала! — отрадно сказало Перышко. — Запомни умную идея: Мир очень любит вопросы! И всегда готов на их ответить. Ан нет вопроса — нет ответа.

Лика желала было обидеться СЕДИНА В ГОЛОВУ, БЕС В РЕБРО, но вспомнила, что из этого может выйти (сказку про Обиду Перетеровну она отлично усвоила!) и произнесла совершенно другое.

— А знаешь, отлично, что я ранее не спросила. Тогда бы я не научилась ничего делать сама. И не выяснила бы, что бывает от обид, от зависти, от злобы, от застенчивости, от СЕДИНА В ГОЛОВУ, БЕС В РЕБРО страстной любви. И не познакомилась бы с такими увлекательными людьми. И магических семян в сумочке у меня бы просто не было! Так что я для тебя очень признательна, что ты мне заблаговременно ничего про крылья не произнесло!

— Благодарность принимается, — робко ответило Перышко. — Мне тоже было очень любопытно аккомпанировать СЕДИНА В ГОЛОВУ, БЕС В РЕБРО тебя в пути. Сказочное путешествие вышло! Будет чем мою Сказочницу побуждать!

— Но сейчас — готовься! На данный момент я буду для себя крылья придумывать! — объявила Лика. — Раз! Два! Три! Полетели!!!

* * *

Крылья получили что нужно! Самые подходящие для Полета Фантазии! Они мгновенно перенесли Лику с Перышком к привлекательному загородному дому, утопающему СЕДИНА В ГОЛОВУ, БЕС В РЕБРО в зелени.

И вот уже неописуемо обрадованная Сказочница поила Лику чаем, подкладывала ей лесные орешки, которые при необходимости исправно доставляли к столу ручные белочки, и слушала Ликины рассказы о путешествии. Она ахала, всплескивала руками и то и дело записывала какие-то идеи на листочках.

— Для будущих сказок! — объяснила она.

Лика СЕДИНА В ГОЛОВУ, БЕС В РЕБРО старалась ничего не запамятовать, Перышко временами дополняло ее рассказ яркими подробностями, а Сказочница с энтузиазмом рассматривала сказочные подарки: Талисман Надежды и Семечки Веры и Ростки Добра, Бабочку-Любовь и Шляпку-Не-знакомку.

— В общем, я так счастлива, что тогда, в парке, познакомилась с вашим Магическим Перышком! — заключила Лика. — Это Перышко СЕДИНА В ГОЛОВУ, БЕС В РЕБРО меня вдохновило на такие подвиги. Эта встреча стала просто судьбоносной!

— Оно у меня такое, Вдохновенное! — подтвердила Сказочница. — А вот насчет судьбоносности… Знай, девченка, что Любая встреча на твоем пути — решающая. Ведь каждый человек пишет свою сказку, а в каждой притче содержится свое Послание. Только успевай читать!

— Сейчас я знаю СЕДИНА В ГОЛОВУ, БЕС В РЕБРО, — улыбнулась Лика. — Послания я читать уже умею. И даже сказки придумывать научилась.

— А что ты желала у меня попросить? — поинтересовалась Сказочница.

— Поначалу я желала, чтоб вы переписали мою сказку, и обрисовали меня сильной, смелой, прекрасной, возлюбленной и удачной. Но сейчас я знаю, что все это и сама СЕДИНА В ГОЛОВУ, БЕС В РЕБРО могу.

— А что все-таки ты хочешь попросить сейчас?

— Только одно. Сказку про Путеводную Звезду.

— Про Путеводную Звезду? А для чего для тебя она? — прищурилась Сказочница.

— Чтоб не сбиться с пути. Чтоб отыскать свою сказочную дорогу. Чтоб освещала путь. В общем, тогда я буду совсем уверена внутри себя!

— Знаешь, по СЕДИНА В ГОЛОВУ, БЕС В РЕБРО-моему, ты и так отлично знаешь, куда двигаться. Либо нет? — спросила Сказочница.

— Я знаю, естественно. Но не уверена, что смогу точно держать направление. Пожалуйста, придумайте для меня такую сказку!

— Детка, да конечно! Мне сказки не жаль. Но не удивляйся, если кое-что окажется тебе внезапным. Ты не видишь самого головного СЕДИНА В ГОЛОВУ, БЕС В РЕБРО. Но притча поможет для тебя поглядеть на все немножечко с другого ракурса. Ты готова услышать свою самую главную сказку?

— Готова! — ответила Лика и устроилась поудобнее.

Притча 20 1-ая

ПУТЕВОДНАЯ ЗВЕЗДА

ы думаете, Спящие Кросотки такие уж кросотки? Вроде бы не так!

Как правило это бледноватые, рыхловатые и копотливые существа СЕДИНА В ГОЛОВУ, БЕС В РЕБРО с тяжелым взглядом. Как бы вы выглядели, если б огромную часть собственной жизни раскачивались «в гробу хрустальном», пребывая в сладких грезах? Ну представили? То-то и оно! По секрету скажем, они считают себя заколдованными принцессами и грезят, обычно, о том, что вот в один прекрасный момент появится какой-либо королевич Елисей и СЕДИНА В ГОЛОВУ, БЕС В РЕБРО ласковым поцелуем разрушит злые чары.

Но королевичи Елисеи обожают женщин радостных и быстрых, а Спящих Красавиц в хрустальных гробах побаиваются и обходят десятой стороной. И бедным девицам остается только тяжко вздыхать и с двойной силой грезить о чудесном мире, где они уже расколдованы, великолепны и успешны.

Вот СЕДИНА В ГОЛОВУ, БЕС В РЕБРО такая Спящая Кросотка и вдвинулась неуверенно в тесное место магазинчика эзотерической литературы «Звездный путь».

— Скажите, пожалуйста, а у вас есть в продаже чего-нибудть про Путеводную Звезду?

— Как вы произнесли? — переспросил торговец, запудренный тощий парень в очках с сильными диоптриями.

— Простите, у вас такое заглавие… Я помыслила, что тут СЕДИНА В ГОЛОВУ, БЕС В РЕБРО про Путеводную Звезду непременно есть!

— Э-э-э-э… Ну вот так чтоб целая книжка — нет. Так, может быть, упоминания, намеки… Я и не помню, где конкретно.

— Извините меня… А вы не подскажете, куда я еще могу обратиться?

— Женщина, а для чего вам Путеводная Звезда? — поинтересовался торговец.

— Осознаете СЕДИНА В ГОЛОВУ, БЕС В РЕБРО, я вдруг сообразила, что я не то живу, не то сплю. А жизнь проходит мимо! В мечтах у меня все очень прекрасно, а наяву все серо и монотонно. Ну, я и пошевелила мозгами…

— Но при чем здесь Путеводная Звезда?

— Ах, хорошо… Уже непринципиально! Я пойду. Поищу где-нибудь в другом месте СЕДИНА В ГОЛОВУ, БЕС В РЕБРО.

Женщина сгорбилась, завздыхала, оборотилась и стала неудобно протискиваться к выходу. По дороге она задела полку с книжками, и они с шумом упали в проход.

— Ой, я такая неловкая! — женщина чуть ли не рыдала. — Не сердитесь, я на данный момент все соберу!

— Погодите, я вам помогу, — засуетился парень, выбираясь СЕДИНА В ГОЛОВУ, БЕС В РЕБРО из-за прилавка.

— Да что вы, что вы, я сама, — лопотала женщина, собирая книжки.

— Так что же это все-таки за Путеводная Звезда? — напомнил торговец, пристраивая томики на полку — Мне очень любопытно, поведайте же!

— Осознаете, я в один прекрасный момент мечтала-мечтала, и мне так обидно стало! Ну, что я мечтаю СЕДИНА В ГОЛОВУ, БЕС В РЕБРО — а ничего не происходит. Сейчас все как вчера, а завтра будет как сейчас. Я пошевелила мозгами — ну пусть кто-либо мне даст подсказку, как поменять свою жизнь! А позже я заснула. И мне приснилась дама, во всем золотом и с крылышками. Она мне произнесла: «Ты блуждаешь СЕДИНА В ГОЛОВУ, БЕС В РЕБРО во мраке. Найди Путеводную Звезду, она будет освещать для тебя путь, и только с ней ты придешь к священной цели». И погладила меня по голове. А днем я пробудилась и решила: я должна об этом выяснить побольше! Вот и все.

— А какая она хоть, эта Звезда? Как смотрится?

— Я СЕДИНА В ГОЛОВУ, БЕС В РЕБРО знаю не больше вашего. Но мне надоело плутать во мраке, потому я буду ее находить!

— И куда вы сейчас? — участливо спросил торговец.

— Куда-нибудь. Ведь если Путеводная Звезда существует, кто-то же должен о ней знать?

— Тогда я с вами, — вдруг решил торговец. — Понимаете, я столько литературы прочел! Умный СЕДИНА В ГОЛОВУ, БЕС В РЕБРО-преумный! А куда иду — до сего времени не знаю. Наверняка, мне тоже нужна Путеводная Звезда! Подождите, только магазинчик закрою — и с вами.

— Ой, давайте! Вкупе как-то сподручнее. А то я такая нерешительная!

— Вы-то нерешительная? — с изумлением взглянул на нее парень и протер очки. — Понимаете, как-то непохоже… А СЕДИНА В ГОЛОВУ, БЕС В РЕБРО мы куда на данный момент?

— Я думаю, нужно пойти в Планетарий! — выпалила Спящая Кросотка. — Уж там-то про звезды должны все знать!

…В Планетарии их встретила ученая дама в серьезном деловом костюмчике. Она очень обрадовалась, так как посиживала одна и скучала.

— Вы понимаете, на данный момент у населения очень свалился энтузиазм СЕДИНА В ГОЛОВУ, БЕС В РЕБРО к звездному небу! — посетовала она. — А меж иным, ничего прекраснее во Вселенной просто нет! Устраивайтесь поудобнее, я вам двоих на данный момент демонстрацию проведу!

— Да мы на минуточку только спросить, — попробовала было воткнуть Кросотка.


sejsmicheskie-metodi-issledovaniya.html
sejsmicheskie-volni-i-ih-izmerenie.html
sejsmostojkoe-stroitelstvo-referat.html